Даттинское сельское поселение   

“Были уже сумерки, когда мы достигли селения Датта. Домики орочей, точно серые, невзрачные зверьки, испуганные чем-то, сбились в кучу и притаились около высокого утеса. Запахло морем”.

Таково было первое впечатление о Датте дальневосточного путешественника В. К. Арсеньева — впечатление начала прошлого века, почти столетней давности. Уже тогда рядом с устьем Тумнина жили люди (да и Бог знает, сколько лет существовало поселение до прибытия Арсеньева), строили нехитрые юрточки, заводили семьи, добывали рыбу — горбушу, кету — которая была основой всего, и, совершая обряды, просили, наверное, о хорошем улове. Даже в проекте еще не было Ванино и, тем более, Ванинского района, а поселение с орочским названием уже понемногу обзаводилось собственной историей. Тихая неспешная жизнь по циклическим законам бытия, в которой были свои праздники и свои драмы, досталась в наследство новым поколениям сельчан. И старые потемневшие дома, зияющие пустыми глазницами окон, и кладбище на “том” берегу, и памятник расстрелянным белогвардейцами на центральной улице, фундаменты былого и обломки старых кораблей — все это её приметы, сохраненные во времени, хотя и изрядно им потрепанные. Но запах моря, свежий и сильный, тот же, что и век назад, — пьянящий запах соли и бурых водорослей, убеленного солнцем и волной ствола дерева на берегу, розово-перламутровых раковин, полузанесенных песком, запах свободы и открытого всем ветрам пронзительно-синего пространства. Здесь живут рыбаки, это их вотчина, и они здесь самые главные люди. Они у себя дома, и пусть их родители, деды или прадеды были занесены сюда судьбою с казацких степей иль с украинских хуторов, этот берег у моря приютил их и стал их родиной. И теперь сети на заборах и маленькие сараюшки с лодками у реки — традиционный даттинский колорит, непривычный разве что для редких гостей, заглянувших издалека. Ну а что же сталось с аборигенами этих мест? Их основательно потеснили пришлые, как это нередко случалось при освоении новых земель посланцами цивилизации. Представители малой национальности по-прежнему живут на селе, точнее, стараются выжить, не раствориться в людском потоке, как-то сохранить себя. Перед их предками вопрос выживания в таком ракурсе не стоял.

Сейчас бок о бок с несколькими орочскими семьями в Датте живут русские, украинцы, немцы, в общем вместе собрались “дети разных народов”, есть даже армянская диаспора. Такой, получается, маленький интернационал… Люди заняты одним делом. Вращаются в небольшом мирке общих интересов, и это спасает от каких-то шовинистических проявлений.

Богато село и старожилами. П. Ф. Воротникова, Н. Б. Савенков, В. Б. Авдеева, Ф. П. Надежкин, А. А. Дмитриева, Л. А. Сазонова, Е. П. Воякина — этим людям есть что порассказать, они свидетели и непосредственные участники даттинской истории двадцатого века.

Градообразующее предприятие села — средоточие рыбных интересов даттинцев, на протяжении многих лет стабильной работы носившее гордое название “рыболовецкий колхоз 50-летия Октября”, было создано в феврале 1967 года решением краевого комитета партии. Были объединены рыбобаза “Датта”, колхозы на Дюанке и в Уське-Орочской, и получилось, по словам нынешнего председателя правления артели Д. Я. Фукса, “хорошее, крепкое хозяйство”. Первым председателем стал Ж. Т. Скоробогатов. Тогда колхоз еще не имел флота и очень зависел от прибрежного лова. Год на рыбу урожайный — живут хорошо, рыбы нет — перебиваются в долгах. Много сил и средств уходило на подсобное хозяйство — пасти скот было негде, в связи с этим существовали и другие проблемы. В конце шестидесятых годов появились первые суда, без опыта дела шли неважно, но потом наладилось, рыбаки больше не были “привязаны” к берегу, флот активно работал на сельди, сайре, минтае. В 1978 году случилось, казалось бы, непоправимое — по ряду обстоятельств колхоз остался без судов. Опять прибрежный лов, но годы были хорошие, ловили много и понемногу стали приобретать новый флот — БМРТ “Академик Берг”, СРТМ-8452 и так далее. К середине восьмидесятых колхоз располагал десятью судами. В 1983 году стали коптить рыбу, делать пресервы. Этот цех работает и сегодня. Сохранены семь единиц флота. Сейчас три судна добывают минтай, и, комментирует Давид Яковлевич, уловы очень неплохие — “за вчерашний день поймали 340 тонн”. Даттинские суда бороздят Охотское, Берингово, Японское моря, ведут промысел и возле Курильской гряды.

350 жителей села заняты в артели. Есть и своего рода патриархи, трудившиеся еще на рыбобазе, например, начальник отдела кадров Раиса Сергеевна Гаргаева. С. Н. Воронков, Сазоновы, Ивановы — можно перечислить множество фамилий, носители которых силы, опыт, душу вкладывали в процветание колхоза. Ныне в артели работают их дети.

Д. Я. Фукс:

— Работникам нашим говорю спасибо — за понимание, за терпение. Положение и в прошлом году, и сейчас не из легких. За квоты отдали 30 млн. рублей, на ремонт судов — 50 млн. Задержка зарплаты — наша большая проблема, но, думаю, с конца марта — начала апреля будем погашать задолженность.

За годы общественных реформ артели пришлось ради собственного выживания отказаться от убыточных статей расходов. Затянули поясок потуже — и выстояли. Но каждый год для села предприятие заготавливает дрова и лес.

Сам председатель правления Д. Я. Фукс приехал в Датту в 1964 г. по распределению из тобольского техникума. Женился на местной девушке, и в этом году вместе с женой будут отмечать уже 35-летие совместной жизни. Сыновья их работают в артели. И если ее с полным правом можно назвать экономическим центром села, то другое кирпичное здание, наполненное щебетаньем детских голосов, топотом ног, радостями и проблемами среднего образования, несомненно, является культурной “отдушиной”, где не только 148 человек с первого по десятый класс учатся БЫТЬ ЛЮДЬМИ, но и сельчане собираются в актовый зал на приемы и торжественные вечера, отдыхая душой в кругу земляков. Кстати, один из приемов глава сельской администрации В. Н. Бурмышева организовала 6 марта для даттинских женщин. Не светский раут в вечерних платьях, но и фуршет, и торжественная часть на достойном уровне, и главное — разговоры о своем, женском, вечном — нужно ли что-то другое? Было и награждение, в частности, педагоги А. В. Душина и Г. Н. Шматко удостоились грамот за активную общественную работу.

Так много хочется рассказать Валентине Андреевне Рычаговой, директору Даттинской школы — о ванинских тренерах Сергее Урюмцеве и Давиде Карапетяне, увлеченно занимающихся с местными ребятами боксом и каратэ, о неблагополучных семьях и большой нужде в психологе — кажется, нашла, и с нового учебного года он приступит к работе, о многолетней “жизни на колесах” учителей-монгохтянок, ежедневно курсирующих в Датту и обратно за свои средства и тем самым заполняющих педагогический “пробел” на селе, о том, как рады дети еженедельным дискотекам, потому что больше собраться негде и заняться нечем. Конечно, ведется определенная деятельность, благодаря Центру внешкольной работы дети совершенствуются в танцах и хоровом искусстве, центр занятости выделяет рабочие места и подростки чистят улицы, колют дрова пожилым сельчанам и для них совсем нелишни эти 400 — 500 рублей в месяц, дающие хоть какую-то независимость. Но, по мнению директора, этого все-таки мало.

— Село практически не развивается в плане перспектив молодым, — считает Валентина Андреевна. — Далеко не все наши выпускники возвращаются домой. В специалистах молодых нужда, но приглашать их не на что: ни жилплощади, ни клуба. Кстати, о выпускниках: ребята учатся в ДАВМИ (Владивосток), в политехнических вузах, техникумах, они могли бы вернуться, помочь своему селу “состояться” в большей мере, ведь только молодость, талант и пробивной характер — залог процветания отдаленных поселков и деревень. Наши деды были такими, но если не будет смены в лице будущих поколений, на что обречены эти села?! Даже рыбная “кормушка” не спасет от постепенного вымирания.

Если мы спросим у ванинцев: “Что хорошего в Датте?”, услышим разное. “Там очень вкусный хлеб пекут”, — скажут одни. “Отличная рыбалка, отдых на свежем воздухе”, — ответят другие. “Очень живописные места — река, скалы, море — поэтический пейзаж”, — мечтательно вздохнут третьи. Ну а для меня самое главное — чувство личной причастности к этому небольшому рыболовецкому селу, то, что когда-то мой дед Тимофей Шпартеев строил здесь причалы, и здесь выросли его дети. Поскребите ванинцев на предмет родственных связей — вы не одного обнаружите с даттинским “происхождением”. Кроме того, с ней связаны самые поэтические и стойкие воспоминания детства — старый дом, палисадник, полный душистых георгинов, природа, сопки, поход за ягодами и даже, простите за банальность, отварные рыбьи головы, которые я, возможно, никогда бы не попробовала, если бы не даттинские “корни”. Даже первое кино на большом экране в начале восьмидесятых, когда мне было лет семь — восемь, я увидела именно здесь — как помню, фильм был “Одиноким предоставляется общежитие”. Во многом именно Датте я обязана светлыми сторонами моей души, за что бесконечно ей благодарна и желаю только счастливой будущности.

О. КАРНОВИЧ

 Администрация Ванинского муниципального района Хабаровского края